?

Log in

No account? Create an account

Ноябрь 2022

Вс Пн Вт Ср Чт Пт Сб
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   

Метки

Разработано LiveJournal.com

Страна победившего фашизма. События 15 августа – глазами одного из участников

В лагере защитников Химкинского леса осталось мало людей. Несмотря на дурное состояние здоровья (которое теперь стало еще дурнее), я отправился с ночевкой в лагерь, заодно решив справить там Эсбат.


Город веселился и жил своей обычной жизнью. Смеялись молодые парни с банками в руках, шагали легко одетые девушки, группки горожан, несмотря на позднее время, заполонили улицы и скверы.


Была жаркая летняя ночь.



А я вышел из троллейбуса, спустился по холму и стал входить в область, где не горит ни один фонарь, и лишь бледный свет полной Луны заливает дорогу, кроны деревьев и заросли трав вокруг.



Почти в кромешной тьме приближаясь по Лесу к лагерю, я услышал шум работающей техники.



В ночи между бревнами горел огонь - сторожившие экскаваторы охранники спасались от ночных холодов.



С тяжелым сердцем я прошел в лагерь. Там было совершенно темно, огонь не горел. Зрелище поистине жуткое. Неужели его совсем оставили? Или случилось еще что-то?



Я подкинул дров, развел костер. Снова пошел на просеку. И тут из палаток показались оставшиеся в лагере люди. Надо заметить, они были очень рады моему приходу.



Мы выпили чаю, я рассказал несколько длинных старых легенд - кельтских, скандинавских. Прочитал руну из "Калевалы" до того места, до которого выучил ее.



Стало холодать.



Вскоре усталость взяла верх и все разошлись по палаткам.



Я кое-как пристроился в одной из них, укрывшись курткой. Должен признаться - это был первый раз, когда я спал в лесу. Да и спал ли? С одной стороны тарахтели экскаваторы. С другой шумели самосвалы. Звуки разносятся в ночном лесу на много сотен метров. Было около четырех утра.



Мне то и дело казалось, что трещат и скрипят стволы деревьев, и я впустую выскакивал наружу.



Через час удалось-таки заснуть, но сон был недолгим. Проспав около часа, я одел ботинки и вышел наружу. Светало.



Кое-как поджарив завтрак и согрев воды для чая, я перекусил и, пообщавшись с другим недавно проснувшимся обитателем лагеря, Семеном, решил отправиться в разведку к Старбеево.



Прокравшись по кустам, осмотрел место работ. Технику. Затем пошел назад по просеке.



За прошедшие недели, пользуясь тем, что лагерь защитников Леса едва существует, рабочие много и охотно занимались своим делом: валили и выворачивали с корнем деревья, укатывали грунт, вывозили самосвалами плодородную землю.



В результате там, где когда-то сидели на ветвях большие черные вороны, сейчас только плоская примятая земля, торчащие из нее куски корней и огромные горы останков деревьев по бокам.



Дошел до лагеря, стал собираться домой. Но не тут-то было. Экскаватор выехал на просеку, и встав недалеко от охранной зоны газопровода высокого давления, изготовился вырвать из земли молодое дерево. Я встал наперерез. Водитель высунулся наружу, затем проехал дальше по просеке, и, опять встав возле деревьев, снова поднял ковш. Пришлось сменить позицию и мне.



Затем экскаваторов стало уже два.



Подоспели другие активисты. Экскаваторщик вышел наружу и стал спорить со мной, попутно звоня охране. Я вызывал полицию и работников "Газпрома".



Вскоре охранник подошел. Затем еще двое. В ожидании полиции стояли и разговаривали.



Довольно быстро приехала машина. Сотрудник полиции принял мое заявление. Оказалось, что документов на работы у водителя нет, как и номерных знаков.



Газпромовцы же посмотрели издалека, потоптались и ушли. Как выяснилось впоследствии.



Более всех меня удивил водитель. Он сказал, что был газовиком и знает про опасность. Знает, что от повреждений труба может взорваться и уничтожить все вокруг. Что по этой причине возле нее нельзя разъезжать на многотонных машинах и копаться в грунте. Знает... и ему наплевать. Команда начальства важнее.



Технику отогнали прочь. По крайней мере сегодня деревья здесь спасены.



Работник ЧОП на прощание сказал, что переводится на другой объект, подальше от этих кошмаров.



Вновь собираюсь домой. Обещаю придти по первому звонку.



На остановке встречаю Олю, друга и соратницу по битвам за Лес. Рассказываю про случившееся.



И вот уже вскоре еду домой. Женщина на остановке, сидевшая недалеко от нас с Олей, расспрашивала про Лес и бой за него. Разговорились с другими пассажирами. Оказалось, что один пожилой мужчина часто по своей иницитиве убирает мусор в ООПТ вокруг реки Сходня. Пытается воевать с чиновниками, не желающими чистить реку от многолетнего хлама.



Но когда я спрашивал, нет ли хоть у кого-нибудь знакомых/друзей, способных приходить в лагерь и дежурить... люди улыбались и махали рукой так, будто я спросил, не видали ли они единорогов.



Неужели это так трудно - придти и посидеть в лесу на пеньке/бревне/скамейке, пока другие будут прыгать под тракторы? Видимо, да. Сочувствуют. Сопереживают. Можете помочь? Ну что вы, не смешите!



Пришел домой. Покормил кота, поговорил по скайпу с Николаем, коллегой-правозащитником. Обсудили борьбу за Химкинский лес теперь уже в правовом поле.



Разговор окончен. Из последних сил умудряюсь не упасть, а лечь, и даже подложить подушку.



Сон был недолог. Звонит телефон. Встревоженный голос сообщает, что дело - дрянь, деревья валят. Советую вызывать полицию. Отписываюсь другу, что встретиться вечером не удастся. Собираюсь второпях. Говорю коту, что постараюсь вернуться скоро.



Сижу в маршрутке, звоню всем, кому только можно, кто только может помочь.



Прихожу в лагерь почти бегом. И вижу активистов, возвращающихся с поля боя. За ними идут два весьма разозленных охранника. Техника уехала. Охранники вскоре ушли. Повторным звонком вызвали полицию - ехать в Лес второй раз они желанием не горели.



Через полчаса появилась машина. Написал еще одно заявление.



После отъезда полицейской машины охранники появились вновь. Пытались заводить разговоры. Спрашивали, сколько в лагере будет людей.



То ли заскучав, то ли из-за того, что время на прогулки истекло, ушли прочь.



И тут мы снова слышим звук работающих машин и треск.



Помчались на просеку. И увидели огромный дуб, еще утром стоявший посреди просеки, а ныне вывороченный с корнем. Вне себя от ненависти, я был готов схватить первую попавшуюся дубину и разбить руки и рыла рабочим. Сдержался, выбросил палку прочь.



На вопрос о том, кто и по какому праву валит деревья, рабочий ответил ехидно и с матом. Вызвали полицию.



Стоим возле неработающих тракторов, ждем. Негодует Галина. Охранники острят в отношении Семена, отважно тормозившего технику.



И вот обычные словесные баталии. Якобы, нам платят, да при том помногу, ибо где это видано - такое делать бесплатно. И на вопросы о том, где их совесть, ответы те же: мне платят, я делаю. "А если бы вас поставили бы охранять концлагерь?" - Спрашиваю я. Водитель насмешливо интересуется, где именно этот концлагерь. Охранник же уверенно и гордло отвечает: "Я бы охранял!". "И смотрели бы, как каждый день людей ведут в газовые камеры?" - Спрашиваю я. "ДА!" - Все так же уверенно и гордо говорит он.



Темнеет.



Подъехало еще несколько охранников. Сначала они подшучивали над стоявшими возле них активистами. Потом стали громко смеяться над пожилой защитницей Природы по имени Галина. Невдалеке она стояла на коленях, прислонившись к вывернутому из земли дубу, и горько плакала.



Веселые охранники даже собрались заснять это на мобильный.



Начал моросить мелкий дождь. Полиция так и не ехала - у них не было желания поздно под вечер тащиться в лес ради какого-то там упавшего дерева.



Пошли обратно в лагерь - нас было слишком мало, чтобы противостоять ораве наглых бугаев.



Не знаю, приехала ли полиция, ибо вскоре, едва не падая от усталости, отправился домой.

Друзья из лагеря подвезли, сократив мой путь наполовину. По дороге опять разговаривали с Олей. Было тяжело на душе.



И вот я иду домой. От перенапряжения колено со старой травмой начало болеть. Ковыляю, громко стуча тростью сначала по брусчатке сквера, а затем по дорожкам парка.




Город веселился и жил своей обычной жизнью. Смеялись молодые парни с банками в руках, шагали легко одетые девушки, группки горожан, несмотря на позднее время, заполонили улицы и скверы.



В стране, где не приходят на помощь, работают за зарплату и гордятся тем, что могли бы охранять концлагерь, была жаркая летняя ночь.



Страна победившего фашизма догуливала воскресный вечер и готовилась отойти ко сну.



Видео:

 

http://www.youtube.com/watch?v=HWY8oL9W9GM



http://www.youtube.com/watch?v=JlC2yiXVZWI



http://www.youtube.com/watch?v=JyLGGURd-pA


promo ecmoru april 26, 2013 21:07 Leave a comment
Buy for 50 tokens
Разместите у нас свою информацию!

Comments

Нет больше Химок, тех которые я помню, нет больше тех Химчан, которые по первому зову тысячными толпами собирались, нет больше той жизни - осталась одна борьба за выживание, а одновременно бороться за жизнь и еще за что-то нереально.

Полиция, прокуратура, СКП, суды, чиновники - на одной стороне баррикад, люди - на другой, при этом никакого видимого противостояния нет, все заняты своими сиюминутными проблемами. Одним на кусок хлеба заработать и детей накормить, другим - как очередной лям баков сп**дить, а потом еще и сохранить его.

Борьба с этой ордой похожа на броски на стену из ваты в надежде разрушить ее, вроде бы разогнался, ударился в стену, провалился на метр, вот-вот ты ее пробьешь, но хер - отбросила она назад и выпрямилась. И вот кидаешься ты на нее в тупой, убийственной злобе, а из-за стены в ответ тебе дьявольский смех доносится.

И вот таких стен они тьму построили, для каждого, чтоб не обидно было, чтоб было чем заняться в приступе ярости особо непримиримым.

Кто знает точно, как снести этот ватный лабиринт и увидеть как Солнце встает на горизонте? Сейчас нет такого человека, но почти 100 лет назад был такой, и он снес этот лабиринт, и показал людям Рассвет, и это доказательство того, что это возможно.

И для этой орды это самый страшный сон, после которого они просыпаются в мокрой кровати, глотают таблетки, ходят к психоаналитику, но все равно еще долго не могут уснуть от животного страха, сжимающего ледяной рукой мозг.

Но несмотря на все беспомощные броски на ватную стену, я еще надеюсь увидеть Рассвет и восход Солнца над чистой, цветущей Землей. Но больше я надеюсь на то, что сын не просто увидит Рассвет, а будет жить в это счастливое время.

Силы Вам, бросающиеся на стену из ваты, силы духа, твердой веры и надежды. Не бойтесь дьявольского смеха с той стороны, это смех от страха, пусть он придаст вам силы, ураганной силы, которая сметет всю эту нечисть с нашей земли. Сметет рано или поздно, я убежден!